Исцеление Игоря

Знакомый по светским обстоятельствам моей жизни обратился с неожиданной просьбой поговорить. Он с уважением относился к церкви, глядя на неё из своего опыта экономиста под углом бизнеса, но к внутренней её жизни был никак не причастен.

При беседе рассказал:

Заболел ковидом, поначалу неплохо чувствовал, затем хуже. Наконец, температура 40, дышать тяжело, врачи не едут. Посреди тяжелой бессонной ночи понял, что умирает. Смерти особо не боялся, пожил уже, но осознание ответственности за оставляемых сильно взволновало его. Вся семья, родители, жизни многих людей с ним связанных на фирме зависели от него.

Поняв, что выхода нет, Игорь набрал в интернете запрос: какие бывают сильные молитвы. Высветилась молитва Иисусова.

С трудом встав, он от души произнёс слова.

Внезапно его затрясло, полились слёзы, пришло желание немедленно попросить за все прощение у жены. Человек он спокойный и рассудительный, поэтому своим внутренним наблюдателем осознавал, что это не истерика, а нечто другое.
Разбудил супругу, простился с ней и лёг умирать.
Утром проснулся с температурой 36 и в хорошем самочувствии.

⁃ Скажи мне, это был Он? - задал Игорь свой главный вопрос в конце рассказа.
  • stalic

О карикатурах

Мне не важно, верующий ты или атеист, мусульманин или христианин.
Будь достойным человеком - это главное!
Достойный человек никогда не станет унижать другого за его веру и убеждения, не станет оскорблять святыни других людей. Его самоуважение крепко связано с уважением к другим людям, которые не нарушают общечеловеческие законы.
Collapse )
я :)
  • alniks

Василий Ключевский «Мысли о России и православии»

Прошедшее нужно знать не потому, что оно прошло, а потому, что, уходя, не умело убрать своих последствий. (В. Ключевский)

Василия Осипович Ключевский — виднейший русский историк, ординарный профессор Московского университета; ординарный академик Императорской Санкт-Петербургской Академии наук по истории и древностям Русским, председатель Императорского Общества истории и древностей российских при Московском университете, тайный советник, сын сельского священника.

«Мысли о России и православии»

"Как вербуется наша высшая иерархия?

Люди духовного, а в последнее время зачастую и светского звания, обездоленные природой или спалившие свою совесть поведением, не находя себе пристойного сбыта, проституируют себя на толкучку русской церкви, в монашество, и черным клобуком, как могильной насыпью, прикрывают невзрачную летопись своей жизни, какую физиология вырезывает на их невысоких лбах.

Надвинув на самые брови эти молчаливые клобуки, они чувствуют себя безопасными от своего прошедшего, как страусы, спрятавшие свои головы за дерево. Православная паства лениво следит за этими уловками своих пастырей и, равнодушно потягиваясь от усердных храмовых коленопреклонений, говорит, лукаво подмигивая, знаем-де.

Нигде высшую церковную иерархию не встречали в качестве преемников языческих волхвов с большим страхоговением, как в России, и нигде она не разыгрывала себя в таких торжественных скоморохов, как там же. В оперном облачении с трикирием и дикирием в храме, в карете четверней с благословляющим кукишем на улице, простоволосая с грозой и руганью перед дьячками и просвирнями на приемах, с грязными сплетнями за бутылкой лиссабонского или тенерифа в интимной компании, со смиренно-наглым и внутрь смеющимся подобострастием перед светской властью, она, эта клобучная иерархия, всегда была тунеядной молью всякой тряпичной совести русского православного слюнтяя.

Христос дал истину жизни, но не дал форм, предоставив это злобе дня. Вселенские соборы и установили эти формы для своего времени, цепляясь за его злободневные условия. Они были правы для своего времени; но не право то позднее узколобие, которое эти временные формы признало вечными нормами, признав учение Христа только случайным началом церковного строительства”

«Не православные богословы, а свечегасы православия. Питаясь православием, они съели его и сходили на его опустелое место. Смотря на них, как они веруют в Бога, так и хочется уверовать в черта. Их спокойствие и философское самообладание есть не что иное, как окаменевшее и заделавшееся в монументальные рамки самообожание. Пахнет не только изо рта, но и из сердца».

«Они эксплуатировали все свои права и атрофировали все свои обязанности. Великая истина Христа разменялась на обрядовые мелочи или на художественные пустяки. Верует духовенство в Бога? Оно не понимает этого вопроса, потому что оно служит Богу.

Духовенство всегда учило паству не познавать и любить Бога, а только бояться чертей, которых оно же и расплодило со своими попадьями. Нивелировка русского рыхлого сердца этим жупельным страхом – единственное дело, удавшееся этому тунеядному сословию. Высшая иерархия из Византии, монашеская, насела черной бедой на русскую верующую совесть и доселе пугает ее своей чернотой».

«Русский простолюдин – православный – отбывает свою веру, как церковную повинность, наложенную на него для спасения чьей-то души, только не его собственной, которую спасать он не научился, да и не желает: “Как ни молись, а все чертям достанется”. Это все его богословие. Евангелие стало полицейским уставом. Местные православные церкви, теперь существующие, суть сделочные полицейско-политические учреждения, цель которых успокоить наивно верующие совести одних и зажать крикливо протестующие рты других. Обе эти цели приводят к третьей, самой желанной для правящей церковной иерархии, – это полное равнодушие мыслящей и спокойной части общества к делам своей местной церкви: пусть мертвые хоронят своих мертвецов.

Русской Церкви как христианского установления нет и быть не может; есть только рясофорное отделение временно-постоянной государственной охраны».

-----
Самая известная работа — «Полный курс Русской истории».
Список сочинений В. О. Ключевского
Источник, по наводке от mixmaxov